Руслана Коршунова
New York · Models 1
Руслана Коршунова была одним из самых заметных лиц в моде между 2005 и 2008 годами — девушкой с каштановыми волосами до колен, которую индустрия называла «русской Рапунцель». Она стала лицом аромата Nina Ricci, снялась для обложек российского Vogue и французского Elle, выходила на подиум для Marc Jacobs, Vera Wang, Kenzo, Paul Smith и Christian Dior. Она погибла в Нью-Йорке в июне 2008 года, за четыре дня до своего двадцать первого дня рождения. Её историю помнят за яркость и за то, как коротко она длилась, и рассказывать её нужно бережно.
Детство в Алма-Ате
Руслана Сергеевна Коршунова родилась 2 июля 1987 года и выросла в Алма-Ате. Её отец, офицер, умер, когда девочка была совсем маленькой, и растила её мать, Валентина Кутенкова. По словам матери, Руслана была способным, любознательным ребёнком: училась в школе для одарённых детей и с детства говорила на четырёх языках — русском, казахском, английском и немецком. В семье говорили по-русски, но город вокруг был многоязычным, и языки давались ей легко. О карьере модели никто не думал. Прежде всего она была ученицей.
От одноклассниц её отличало нечто чисто внешнее и совершенно случайное: она почти никогда не стригла волосы. Они спускались ниже колен, густые и каштановые, и она носила их так же буднично, как другие подростки носят школьную форму. Именно эти волосы изменили её жизнь.
Её нашли на странице журнала, а не на кастинге
Большинство моделей находят на улице или на общем просмотре. Руслану нашли на журнальной странице. В ноябре 2003 года букер лондонского агентства Models 1 Дебби Джонс листала выпуск регионального издания All Asia и остановилась на материале о клубе немецкого языка в Алма-Ате. Среди сфотографированных для статьи учениц была девочка с необыкновенными волосами. Джонс разыскала её и подписала контракт. Руслане было пятнадцать.
Прозвище появилось почти сразу. Редакторам и фотографам, привыкшим к уложенным и продуманным образам, девушка с волосами до колен казалась героиней сказки — и «русская Рапунцель» закрепилось за ней. Это был и подарок, и позже лёгкая ноша: волосы становились заголовком, порой заслоняя саму работу.
Восхождение
Карьера Русланы развивалась стремительно. К 2005 году она работала на международных показах, и пресса её заметила. Британский Vogue назвал её «лицом, которое стоит ждать с волнением», а The Sunday Times включила её в число новых имён, за которыми стоит наблюдать. Она перемещалась между Лондоном, Миланом, Парижем и Нью-Йорком в беспощадном ритме сезона — каждую неделю новый город, примерка в один день и съёмка для обложки на следующий. Длинные волосы, в конце концов укороченные до рабочей длины уже в Париже, оставались её визитной карточкой и после стрижки. Те, кто с ней работал, отмечали, что она была дисциплинированной и собранной — качества, которые в модельной среде ценят не меньше внешности.
Её внешность выделялась в эпоху, ценившую особую кукольную хрупкость: широко посаженные глаза, мягкая линия рта, лицо одновременно детское и серьёзное. Фотографам нравилось это противоречие. Она снималась для Vogue Italia и других ведущих изданий, и её имя стало знакомо всем, кто следил за подиумами середины 2000-х. Сегодня её по-прежнему называют среди самых узнаваемых русских моделей своего поколения.
Nina Ricci и пик карьеры
Высшей точкой стал контракт с Nina Ricci. Руслана стала лицом рекламной кампании аромата «Nina» — контракт такого рода выводит работающую модель к намного более широкой известности. Её образ разошёлся далеко за пределы модной прессы — на прилавки универмагов и на обложки по всему миру, и миллионы людей, которые не назвали бы ни одного показа, узнали её лицо. Флакон в форме яблока и её образ на рекламе стали одним из самых узнаваемых парфюмерных мотивов середины десятилетия. К этому добавились кампании и показы DKNY, Blugirl by Blumarine, Clarins, Moschino, Vera Wang, Marc Jacobs и Donna Karan, а обложки российского Vogue и французского Elle подтвердили: она перешла из подающих надежды новичков в состоявшиеся имена.
Для девушки из Алма-Аты, которую случайно нашли в журнале, это были удивительные несколько лет. По словам друзей, приведённым уже после её смерти, она была «совершенно обычной девочкой» — той, что скучала по семье, поддерживала связь с домом и несла обычные для человека, едва вышедшего из подросткового возраста, сомнения через требовательную и непростую профессию. Она оставалась привязана к родному дому и, по воспоминаниям близких, охотнее говорила о семье и друзьях, чем о съёмках и контрактах.
Жизнь в Нью-Йорке
Руслана обосновалась в Нью-Йорке, работала через агентство IMG Models и сняла квартиру в Финансовом квартале. Город соответствовал ритму её карьеры, но модельная жизнь такого уровня — кочевая и часто одинокая: долгие перелёты, короткие съёмки, каждую неделю новые лица и мало постоянных точек опоры. Она часто писала на страницах в социальных сетях, и сохранившиеся записи похожи на записи многих двадцатилетних: на одной неделе — радость, на другой — упадок, поиск себя. «Моя мечта — летать», — написала она однажды. И в другой раз: «Я так потерялась. Найду ли я себя когда-нибудь?» Это слова молодого человека, ещё разбиравшегося, кто он, — и читать их стоит именно так, а не как диагноз.
Её смерть и вопросы, которые остались
28 июня 2008 года Руслана Коршунова погибла, упав с балкона своей квартиры на девятом этаже на Уотер-стрит на Манхэттене. Ей было двадцать. Полиция Нью-Йорка и городская судмедэкспертиза признали случившееся самоубийством: записки не было, следов борьбы следствие не обнаружило. Незадолго до этого она вернулась со съёмок из Парижа, и друзья говорили, что явных тревожных признаков не замечали.
Её мать не согласилась с этим выводом, не в силах связать его с той дочерью, которую знала. В последующие годы несколько авторов писали о давлении, которое испытывали молодые модели в России 2000-х. Самым внимательным из них был британский журналист Питер Померанцев: он потратил годы на изучение её жизни для документального фильма 2011 года и книги 2014 года «Nothing Is True and Everything Is Possible». Он подробно рассмотрел московский семинар личностного роста, который она посещала, и одиночество её мира — но воздержался от простого объяснения. «Ничего до конца не сходится», — написал он, предостерегая: у смерти молодого человека редко бывает одна причина. Такая сдержанность здесь уместна. Руслану помнят не за то, как она ушла, а за короткий, яркий ряд работ, который она оставила, и её по сей день называют среди самых запоминающихся лиц в истории моды.
Спустя годы её имя не стёрлось. Её фотографии по-прежнему пересматривают, о её судьбе спорят и пишут, а сама она осталась в памяти как одно из самых нежных и узнаваемых лиц своего короткого, но яркого времени в моде. Для многих в России и Казахстане Руслана — ещё и напоминание о том, как быстро индустрия способна поднять совсем юную девочку из провинции, и о том, как важно бережно относиться к очень молодым людям, оказавшимся в её орбите.
Часто задаваемые вопросы
Почему Руслану Коршунову называли «русской Рапунцель»?
Из-за волос. Она выросла в Алма-Ате, почти никогда их не стригла, и они доходили ей до колен. Когда её нашли, редакторам и фотографам она казалась героиней сказки — и прозвище сопровождало её всю карьеру.
Как её обнаружили?
Не на кастинге. В ноябре 2003 года Дебби Джонс из лондонского агентства Models 1 увидела её фотографию в журнальном материале о клубе немецкого языка в Алма-Ате, разыскала её и подписала контракт. Ей было пятнадцать.
Чем она была больше всего известна?
Кампанией аромата «Nina» от Nina Ricci, обложками российского Vogue и французского Elle, а также показами и съёмками для Marc Jacobs, DKNY, Vera Wang, Kenzo и Christian Dior между 2005 и 2008 годами.
Когда и как она погибла?
Она погибла 28 июня 2008 года в Нью-Йорке, за четыре дня до своего двадцать первого дня рождения, упав с балкона своей квартиры. Власти Нью-Йорка признали случившееся самоубийством; записки она не оставила. Семья не согласилась с этим выводом, и единой причины так и не установили.
Помнят ли её сегодня?
Да. Её фотографии продолжают жить, а её история стала предметом серьёзной журналистики, включая документальный фильм и книгу Питера Померанцева, где её судьба рассматривается как окно в жизнь молодых женщин, повзрослевших во время расцвета российской моды.